2016 июнь, может июль.




Рейтинг? R
За грязь (пусть даже под ледком) буду строго баннить.
_____
Администратор
Tref
_____
Tref- 277466611


Теплая сухая погода,
не жара.
Может, и пройдет дождик, но по желанию игроков, играющих в квесте
_____
Рекламируемся с Логина "Реклама" и пароля "12345"







В коллаже использованы работы Wen-M
источник DeviantArt.com

Card suits

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Card suits » Местности Парижа и его предместий » Vera incessu patuit dea


Vera incessu patuit dea

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Время и дата: 19 июня, после 15 часов.
Место действия: Париж, набережная Сены.
Участники и очередность: Анри Джорт, Аурели Уврар
Краткое описание: Jouis de la vie, elle est livre avec une date d`expiration.

0

2

An.

Телефонный звонок раздался, едва Джорт успел расположиться в кабинете с книгами, кофе и тихим призраком надежды, что сегодня наконец сможет позволить себе несколько часов покоя и тишины. Мужчина прислушался к мелодичной трели и досадливо поморщился. Номер на экране бы ему смутно знаком:

– Я слушаю.
–  Анри, – мелодично проговорил телефон голосом мадемуазель Уврар, словно сутки не разделяли эти два разговора, – Я согласна.
Инквизитор откинулся на спинку кресла, позволяя своему голосу смягчиться улыбкой:
– Госпожа Уврар. Как приятно вас слышать. Признаться, я уже и не надеялся. Вы слишком щедры на согласие, теперь мне придется побороть искушение самому выбрать, к какому из моих очевидных и не очень предложений оно относится.
Было слышно, что девушка улыбнулась в ответ:
–  Прошло не так много времени, чтобы вы успели потерять надежду. Если предложений было несколько, то вам придется побороть ложное смущение (хоть я и очень сомневаюсь, что оно вам, в принципе, присуще) и проговорить их вслух, чтобы мы смогли разобраться с каждым из них по отдельности.
– Хорошо, буду рад их повторить или озвучить впервые. Предпочитаете телефонный формат?
–  У меня освободился вечер, так что, если среди ваших дел у вас найдется пара часов для меня, как минимум одна девушка в Париже станет немного счастливее.
– Только на минуту? Что ж, не самая незначительная цена, если эта девушка — Вы.
–  Погода чудесная. Знаю, что это не в правилах мужчины вашего статуса, но, может быть, просто прогуляемся? Вы назначаете время, я –  место.
– Аурели, про правила мужчин моего статуса ходит такое чудовищное количество мифов, что порой я начинаю подозревать, что их придумали завистники, чтобы лишить нас возможности хоть как-то радоваться жизни. Я освобожусь через пару часов... У моей прекрасной спутницы есть пожелания или предпочтения?
– Я буду ждать вас возле музея д'Орсе. Сколько потребуется.
– В таком случае до встречи, Аури...
Дождался, пока его собеседница опустит трубку. Отложил телефон, еще раз сверился с часами. Для того, чтобы прибыть на место к оговоренному времени, ему будет достаточно часа. Значит еще один можно спокойно посветить намеченному уже плану. Анри отпил кофе и раскрыл книгу.

Над Сеной кружили птицы. Анри следил за их тенями сквозь полуопущенные веки. Летний зной сменился мягкой вечерней прохладой, город пах прогретой за день зеленью, бензином и духами. Джорт вновь пришел на встречу с заметным опережением. Можно было бы об этом не беспокоиться, но день выдался прекрасным и отказать себе в удовольствии увидеть Париж в солнечном свете отец-инквизитор не решился.
Его мысли вновь обратились к предстоящему рандеву. Было в этой женщине что-то поистине удивительно, рождавшее в глубине души смутную тень радости от предстоящей встречи. И магия, таившаяся в ней, явственно не была исчерпывающей причиной этому чувству.
В кое-то мгновение ему стало жаль, что их общение сводится исключительно к взаимной выгоде и поиску общей цели. Насмешливый и добрый Марк был как обычно прав — работа всегда оставалась единственной женщиной, которой он мог отдаться с полным самозабвением и удовлетворенностью.


Au.

После разговора с Венсаном она села в машину и, кажется, целую вечность смотрела, не мигая, на приборную панель. Все происходящее казалось каким-то нереальным, словно она все еще спит, вымотанная кошмарами и бессоницей и ей снится очередной сон. Странный, фантасмагорический, лишенный логики и какой-либо надежды на счастливый финал. Она набрала знакомый номер, ей быстро ответил как всегда приветливый, но настороженный голос отца Корбетта. Не так часто она звонила ему посреди воскресного дня, чтобы тешить себя надеждой, что она просто соскучилась и звонит, чтобы мило поболтать. Она изложила краткий пересказ встречи в надежде, что старый ворон подскажет ей, что делать дальше. "Девочка моя, он уже давно не тот человек, которого ты любила. Да и ты не та, спустя все эти годы, ты изменилась как никто другой. Даже если он преступит свои клятвы, то вряд ли стоит ожидать, что призрачное счастье вернется и все будет так, словно вас не разделяют эти годы. Ты не можешь простить себя, моя девочка, и это боль заставляет тебя приходить к нему снова и снова в надежде на то, что он отпустит твои грехи. Боль, а не любовь." Она положила трубку. На подбородке, дрожа, застыла одинокая капля, отражая утопающий в цветах Париж. Она набрала другой номер и успокоила волнение в голосе, выслушивая длинные гудки.
***
В воскресный вечер найти парковку на набережной Анатоль Франс было проблематично. Место для ее небольшого "паркетного" Ситроена нашлось только напротив агентства Paris Canal. По вечерам от Сены заметно веет прохладой, поэтому к легкому прогулочному комплекту футболка-шорты Аурели захватила жакет с длинным рукавом. Щелкнула карточкой по экрану паркомата, пересекла вытянутую вдоль реки парковку и проезжую часть. У бывшего вокзала д'Орсэ толпился народ, жизнерадостные туристы с фотоаппаратами, арабы в яркой одежде, экскурсионные группы, мамы с детьми, очередь желающих попасть в музей. Редкие представители охраны в камуфляже с автоматами наперевес, наверняка, где-то здесь же пара охранных магов в штатском, бдят. Анри стоял у скульптуры Альфреда Жакемара и, кажется, заметил ее еще издалека, первым. Она не смогла сдержать улыбку. Удивительная штука социальная психология уже давно все объяснила, но для нее каждый раз было откровением это непреодолимое желание улыбаться при встрече малознакомому человеку.
- Надеюсь, я не заставила вас долго ждать? - Последний раз она кинула взгляд на часы еще в машине, вряд ли дорога через парковку заняла у нее время достаточное для того, чтобы посчитать ее появление опозданием.


An.

— Мне не была в тягость хоть одна минута этого ожидания, — сдержанно улыбнулся отец-инквизитор, протягивая девушке руки открытыми ладонями вверх и чуть подаваясь ей на встречу, — Вас не смутит мое общество в столь людном месте? Погода действительно прекрасная, так что я предложил бы пройтись. Во время, близкое к закату, с моста Искусств  прекрасный вид на дельту. Я давно не позволял себе подобных простых радостей жизни. И мне было бы приятно разделить их с вами.
Возможно, это звучало даже честнее, чем стоило бы. Сам не зная отчего, Анри был рад видеть Аурели. Было в ее присутствии что-то особенное, словно сам факт нахождения рядом госпожи Уврар, был способен придать жизни дополнительные оттенки. Обострял восприятие, подчеркивал детали. Ранний летний вечер окрашивал город барочной позолотой. По набережной прогуливались счастливые пары, пестрыми стайками  фланировали экскурсионные группы. Где-то играла музыка. Ветер принес женский смех и несколько нот сальсы. Инквизитор вдруг остро ощутил, как много места в его сердце занимает этот город, люди живущие в нем. Даже не знающие, что скрывают ночные тени изнанки Парижа. И, видит Бог, отцу-инквизитору будет не жаль отдать жизнь — возможно, и не только свою — за то, чтобы они так этого и не узнали.
Вновь обернулся к Ори, подал руку, приглашая на нее опереться:
— Что скажете, мадемуазель? Вам подойдет подобный план на вечер?


Au.

Опять лис-иквизитор расставил фигуры на поле и приглашающим жестом указал ей на белые. Сегодня она не была настроена на мастерское словесное фехтование, тем не менее, эта черта, которую она уже отметила в отце Анри еще после разговора накануне, вызвала у нее улыбку. Она скользнула пальцами по ладоням и предплечьям инквизитора, огладила ткань рубашки на крепких плечах, привстала на цыпочки и прижалась щекой к гладко выбритой щеке мужчины, пахнущей сдержанно и терпко. Задержалась, не отстраняясь, произнесла, не скрывая улыбки, негромко рядом с ухом:
- Забавно, что вы решили, что ваше общество в месте уединенном и лишенном сторонних наблюдателей смутит меня меньше. - Она с благодарной улыбкой приняла предложенную руку. Эмоции, переполнявшие ее после встречи с Венсаном еще не развеялись, но потеряли свою силу, плескались где-то в глубине души, полупрозрачная рябь, шорох перекатываемых приливом камней.  - Насколько я помню, мысль о прогулке принадлежала мне, но я, пожалуй, доверюсь вам, что бы вы ни предложили.  Сегодня вы не настроены говорить о деле? Позволите узнать вас поближе? Кажется, вы обещали дать знак, когда будете готовы.


An.

—  Аури, моего плана хватит на полчаса неторопливого променада и, возможно, на четверть часа наслаждения пейзажем. Если вы не планировали расстаться с моим обществом столь же скоро, как и вчера, я был бы рад остальную часть вечера воссоздать в соответствии с вашими пожеланиями. Ужин? Беседа? Буду честен, я не слишком умел в том, что касается организации приятного вечера прекрасной даме, так что буду признателен, если вы мне поможете. В качестве компенсации за отступление от вашей изначальной идеи, какой бы она не была, я готов ответить на ваши вопросы. Можете считать это тем самым знаком, о котором мы договаривались в прошлый раз.
Анри неспешно направился в сторону набережной Конти, стараясь соразмерять свой шаг с ритмом шагов спутницы. "...что ваше общество в месте уединенном и лишенном сторонних наблюдателей смутит меня меньше"... Инквизитор невольно усмехнулся. То, что происходит между людьми наедине, является их личной свободой, было бы напрасной утехой тщеславию думать, что за словами госпожи Уврар таилось что-то большее, чем ставшая уже привычной, приросшей к коже личина азартного игрока. Но хороши же они будут в глазах окружающих: Глава Инквизиции, прогуливающийся под руку с резидентом ордена св. Игнатия по улицам вечернего Парижа. Впрочем, его репутации это вряд ли могло как-либо повредить. Если Аурелия считала, что и ее тоже —  что ж, тем лучше.

0

3

Au.

- Не будем загадывать, Анри. Возможно, и этого времени будет достаточно, чтобы мы с нетерпением ждали расставания, и отсутствие дальнейшего плана будет отличным предлогом для разлуки. Пока что ваше присутствие само по себе делает этот вечер приятным и незабываемым. Если в ваши планы сегодня не входят вопросы, ставящие меня в неловкое положение, то таковым он и останется до того момента, пока не сменится ночью. - Аурели накинула маску немагии, чтобы не притягивать к себе еще и внимания редких встречных магов-сканеров. Плохо скрываемых косых взглядов обывателей, перемещавшихся с месье Джорта на его спутницу было вполне достаточно. Ей все еще было интересно узнать, как и каким образом отец-инквизитор планирует использовать ее способности в достижении собственных целей, но вечер был слишком хорош, а мужчина рядом слишком притягателен, чтобы не найти в нем сейчас короткое утешение от переживаний дня. - Когда вы в детстве думали о своей жизни, вы представляли все именно так?


An.

Инквизитор чуть улыбнулся, заметив, как ощущение, идущее от девушки, мягко изменились. Искристая, звонкая аура, обычно отличавшая людей, магически одаренных, притихла и погасла, словно ночник, укрытый наброшенным одеялом. Не знай Анри, кто его спутница, сейчас, пожалуй, даже он сам не заметил бы  способностей, скрытых в ней.  Джорт почувствовал что-то похожее на благодарность за этот довольно простой и изящный ход, поскольку ощущение внимания к ним стало заметно слабее.  Ему хватит и тех историй, что могут родиться у подчиненных, ставших невольными свидетелями их с Аурели прогулки.
Впрочем, стоило отдать ситуации должное: если уж ему и предстояло быть замеченным в обществе дамы в столь располагающем для домыслов контексте, то Аурелия устраивала его в этой роли, как ни одна другая знакомая женщина. Госпожа Уврар находилась в той чудесной поре, которая позволяла насладиться всеми красками цветущей женской юности, и при этом не выглядеть в ее обществе стареющим мужчиной, использующим свое положение для явного мезальянса — социального или возрастного.
Улыбнувшись, поднял глаза горе, любуясь медленно плывущими по небу облаками. Вопрос был изящен и многогранен. Представлял ли он, что однажды ему будет почти полвека? Или то, что он займет кресло Главы? Или, что однажды он будет гулять по набережной Парижа, любуясь совершенно боттичелливским небом, держа под руку Королеву-Джокера?
— Вы решили начать настолько издалека? Хорошо, я попробую ответить. В детстве я был довольно тщеславным ребенком, как и многие, мечтавшим стать главным героем захватывающей истории. Хвала Ему, моей жажде деятельности нашлось применение, а исполнение замысла, мне хочется верить, теперь ведет к вящей славе, но не моей, а Его. Я могу спросить о том же: о чем вы мечтали, Аурели? Не обязательно в детстве..  Или сегодня только ваши вопросы мне?


Au.

Из-за разницы в росте ей приходилось держать локоть на весу и рука начала ныть от напряжения. Аурели высвободила ее, продолжая идти рядом, изредка случайно касаясь рукой его руки. Краем взгляда она следила за своим собеседником: высокий лоб, прямой нос, величественное спокойствие, след усталости, залегший тенями под глазами и в уголках рта.
- Если вы верите в справедливость и хрупкий баланс сил, то согласитесь, что пока что вам известно обо мне намного больше, чем мне о вас. К тому же, вы располагаете более точной информацией, а мне, к сожалению, до сих пор приходилось лишь довольствоваться слухами относительно вашей персоны. Раз уж мне выпал редкий шанс отделить правду от вымысла и узнать вас ближе, я не могу позволить себе его упустить. Ваша магия... Что действительно является вашим преимуществом в борьбе с врагом всего сущего, а что - домыслами обывателей? Я слышала столько противоречивых мнений, что боюсь и дальше строить предположения о силе, заложенной в ваших руках.


An.

Анри было жаль прерывать контакт. Ощущение руки Аурели на его предплечье было приятным дополнением к их прогулке. Девушка сегодня была другой, что-то успело произойти с последней их встречи. Впрочем, эти выводы относились к разряду очевидных. В противном случае, она не позвонила бы так скоро. Он вновь бросил непрямой взгляд на свою спутницу и не сдержал невольной мягкой улыбки. Закатное солнце вспыхивало бликами золота на волосах цвета спелого каштана, отражалось в коньячных глазах.
Посмотрел прямо в лицо Аурели. Улыбка стала более теплой:
Больше, чем многим, достаточно чтобы искушать грехом гордыни, и слишком мало, чтоб исполнить ту часть замысла, что уготована мне. В этом деле мне не справиться без союзников. У меня есть только одно неоспоримое преимущество в борьбе с врагом всего сущего – я сражаюсь на стороне Господа, все остальное – его дары, которые он может приумножить или отнять по своему усмотрению. Поверьте, Аури, я не пытаюсь уйти от ответа, просто это действительно так. Впрочем, если желаете, я могу подтвердить или опровергнуть любые из интересующих вас мнений, если вы озвучите мне их.


Au.

Аурели остановилась и перекинула длинный ремешок сумки на противоположное плечо, через голову. Абсолютно невозможный мужчина. Другой человек на ее месте, пожалуй, почувствовал бы себя неловко и неуютно, сделав для себя неутешительные выводы о бесчувственной безразличной стали исполинских ворот, за которыми инквизитор прятал свое маленькое приватное королевство. Но его слов было достаточно для нее, чтобы понять, что дело было не в попытке что-то от нее утаить. Скорее уж в стремлении избежать греха гордыни, смиренно перепоручив свои свершения, прошлые, настоящие и будущие, силам Царя Небесного. Капитуляция Божьей воле - тишина после бури, место, где царит гармония и душевный покой. Предъявить сейчас инквизитору все разнообразие слухов, которые о нем ходят среди простых людей и немагов, было совсем неуместным, однако, она не смогла сдержать улыбки.
- Пожирание младенцев? Нет? Купание в крови юных девственниц? Кажется, снова мимо... - Она приблизилась к мсье Джорту на расстояние меньшее, чем предусмотрено этикетом, вздергивая подбородок. Ей пронзительно не хватало обуви на высоком каблуке, чтобы не взирать на него сейчас снизу вверх.  - Нет-нет, так даже лучше, Анри, пусть это остается тайной, пока я наощупь ищу вас в туманном флере народной молвы и слой за слоем снимаю с вашей персоны заблуждения и досужие домыслы. Однако же, я опять смущена. Будьте милосердны, хотя бы намекните, на какой из возможных вопросов я получу гарантированный прямой ответ?


An.

Инквизитор улыбнулся в ответ, на миг задумавшись, преувеличивает ли девушка реальность, или подобные слухи о его фигуре тоже вполне могут звучать в устах обывателей.
А также съедаю на завтрак, по меньшей мере, по одному свежеизъятому сердцу еретиков и врагов веры? Нет, Аури, мои гастрономические предпочтения куда более просты и банальны. То, о чем вы просите, не будет одолжением с моей стороны, если прежде вы сделаете одолжение мне, и обозначите круг вопросов, которые могли бы вас заинтересовать. Я мог бы дать гарантированно прямой ответ о многих вещах: от любимых предметов в колледже и ярких юношеских воспоминаний, до предпочтения в книгах и винах, но совершенно не представляю, что вас заинтересует, а что вызовет плохо скрываемую скуку.


Au.

Аурели оглянулась вокруг, потеряв какой-либо интерес к разговору. Три вопроса и никакого намека на живой нерв в тех крупицах информации, которые можно было бы посчитать ответом: все в Его руках, все к вящей славе Его. Но даже с ее умом не получилось бы сейчас найти изящный довод, чтобы закончить прогулку в самом ее начале и вернуться к машине. Сил на новую маску тоже не оставалось: она прекрасно помнила, что происходит, когда тело становится клеткой, а мягкая улыбка - замком, запирающим тебя внутри. Пустой болванчик, чужой, почти болезненный блеск в глазах, только и остается кивать головой: "да-да, вы во многом правы, скажу больше, вы правы почти во всем".
- Анри, вы же живой человек. - Улыбка сошла с лица. - Просто побудьте со мной живым. - Она пошла дальше все тем же неспешным шагом. - Для этого вам не нужно угадывать мои желания.


An.

Он на миг сбил шаг, остановился. Обернулся к девушке, взял ее руки в свои. Было ощущение опасности, но не той, ставшей уже привычной, с какой ему приходилось ежедневно сталкиваться в силу работы — будь то столкновения с нечистью, или, что хуже, с людьми, имевшими к ней отношение. Иной, почти забытой и упоительной... Улыбнулся, с нескрываемым теплом посмотрел в глубокие глаза цвета темного янтаря, скользнул взглядом по аккуратному овалу лица, изящном линиям тела, выхваченным солнечным светом:
— Справедливо. Иногда даже слишком живой. Спасибо, что напомнили.
Выпустил ее руки из своих, сказал серьезно и грустно:

— Мы с вами сейчас на равных, Аури. Я ведь тоже ничего не знаю о вас. Что могут рассказать мне сухие бумажные факты биографии и отчета о магическом потенциале о девушке, стоящей передо мной? Я знаю, что я могу предложить вам, как глава инквизиции, и совершенно не представляю, что могу дать вам как человек. А помогать мне подсказками вы, кажется, не желаете. Все, что я знал о вас до этого момента, было перечнем масок, а я хочу увидеть скрытое под ними лицо.


Au.

Она улыбнулась одними губами, взяла его руку и положила себе на талию. Прижалась к его груди щекой, на несколько мгновений, нисколько не заботясь, какую репутацию создает месье Джорту в глазах встречных зевак. 
- Вот это, например. У меня был жуткий день, я не лучший собеседник сегодня. И вообще не лучший, раз уж речь зашла об истинном лице. Давай в следующий раз продолжим с этого же места?


An.

Позволив прикосновению продлиться несколько мгновений, Анри мягко отстранился, осторожно взял руку девушки в свои пальцы, и, склонившись, оставил почти невесомы поцелуй на нежном изгибе, там, где изящная кисть переходила в тонкое запястье.
— Позволю себе считать это обещанием. Надеюсь, в следующий раз вам все же не захочется так быстро уходить.

0


Вы здесь » Card suits » Местности Парижа и его предместий » Vera incessu patuit dea